Мозаика Сокольников - авангард

По рабочим поселкам и кусочкам дореволюционной Москвы от Преображенки до парка Сокольники

Давно мечтаю сделать путеводитель по Сокольникам, но пугаюсь объема задачи. Так много тут архитектурных самоцветов. Лучше действовать постепенно, понемногу рассказывая о самом любимом. Сначала про авангард, которого здесь пока в избытке. Маршрут от Преображенки до парка Сокольники. Здесь рядом с Яузой три жилых рабочих поселка из 20-х годов прошлого века, знакомящие с историей, погружающие в атмосферу старого кино и очень не из современной Москвы. 

"Давно в буржуазное, богатое время, я помню, любовался из какого-то бедного кабачка богатой квартирой с открытым окном — как прекрасно было это… белое открытое окно! в аквариуме светилась зеленая водоросль, и золотились рыбки. Показалась женская рука… Я страдал, я завидовал. Я презирал свою бедность и думал про себя, что там внутри этой квартиры так хорошо! Прошло столько лет. В Москве во всех столовых едят вонючую выдвиженку — воблу и это не просто: долго стоят в очереди, чтобы заплатить, потом долго стоят за спинами сидящих, чтобы дождаться места, и потом долго дожидаются, когда измученный человек принесет им вонючий хвост соленой рыбы… Нет, я теперь больше не вспоминаю о дорогой квартире, где аквариум и белая женская рука с длинными музыкальными пальцами. Разве что-нибудь особенно изменилось? Нет, и теперь, наверно, есть юноша и много их, больше, чем у нас было, кто смотрит на окно с цветами и думает, что там внутри квартиры хорошо и завидует. Ничего по существу не изменилось, это у меня прошел обман…, я теперь знаю, что за цветами шипят примусы теперь, а раньше барыня с прислугой шипели".

Там описывает в своих дневниках увиденную им в середине 1930-го года Москву Михаил Пришвин. Раньше, в этом же году он пишет, как стеснялся когда-то перед знакомыми своего домика в три окна на улицу в Сергиев Посаде, в 70-ти км. от Москвы, и как теперь в тесноте улиц, пустоте прилавков и общей неразберихе завидуют ему москвичи. Конечно, это уже не революционные годы, но быт очень тяжел. НЭП закончился, идет первая пятилетка, за бытовыми товарами выстраиваются громадные очереди, "нигде ничего нет". А людей в Москве все прибывает: крестьяне бегут в город, спасаясь от колхозов и нищеты. Жилищная проблема в 20-х годах была огромной: на человека тогда приходилось 4.6 кв. метров жилья. Городу требовался новый подход к строительству. Им стал конструктивизм. В нем сконцентрировались 20-е годы – минимализм и голод, романтика первых лет после революции, радикальное переосмысление быта и архитектуры – стен, этот быт обрамляющих. Отказ от финтифлюшек и украшательства, общежитийность (почти коммуны), возведение не отдельных домов, а поселков, объединенных общей идеей и рисующихся отчасти фантастическими городами-кораблями.

Конструктивистские поселки сейчас похожи – архитектурная мекка, которую власти спят и видят снести. Островки старой советской Москвы. Три поселка, в которых мы побываем на этом маршруте - типичные представители московского конструктивизма. Причем два из них - именно комплекс домов, что помогает лучше понять историю и атмосферу. То время. 

 

Преображенский вал, 24

Ближайшее метро: Преображенская

Год постройки: 1927-1929

Архитектор: И. Николаев, Г. Мапу, М. Русанова

Этот поселок интересно начать рассматривать с противоположной стороны Преображенского вала. Скругленный фасад, отсутствие балконов, припаркованный рядом жигуленок, если повезет. Осыпающая штукатурка и зеленая сетка на расселенном здании. Там умерло все, кроме магазина фикс прайс и его громкоговорителя, сулящего смешные цены. 

Теперь можно переходить дорогу и нырять во дворы. Здесь один номер дома, но множество корпусов и я не завидую курьерам и таксистам, которых вызывают по этому адресу. Два корпуса расселены и выглядят, как декорация к фильму-антиутопии. В 2000-х поселок хотели сносить, но жителям удалось их отстоять. Сейчас там идет очень неспешная реконструкция. Отличительной чертой рабочих поселков является сочетание цветов. Красного, серого и красно-коричневого. Отреставрированные части другие - персиковые и нежно-розовые. Это смазывает ощущения, но выглядит мило, фасады будто шоколадные плитки.

Рабочие поселки своей простотой и функциональностью противопоставлялись и дореволюционным особнякам, и доходным домам, и деревянным домам зажиточных крестьян. В планировке отражались идеи о новом быте. Широкие общие балконы и дворы, где жители могли собираться вместе и общаться. Маленькие кухни и ванны (самые крошечные окошки - это они) - нечего тратить время на готовку дома, это мещанство. Лучше ходить в столовую. Ясли и детские сады, устраиваемые обычно тут же, в одном из корпусов. Логика та же, что с кухнями, - освобождение женщин от быта. Жилые помещения располагались на солнечной стороне, бытовые - там, где солнца не было.

Тут можно побродить среди корпусов, заглядывая в окна, ища двери в никуда, ахая над балконными ассиметриями и слушая звуки из форточек. Тут можно найти бомбоубежище времен Отечественнной войны и мы еще предлагаем устроиться на лавочке и почитать воспоминания о военных годах от местных жителей. Маленькое эссе на пятнадцать минут, любопытное само по себе, и особенное, когда читаешь о месте, в котором прямо сейчас находишься.

Вот, например, о конце октября 1941 года, когда немцы подошли вплотную к Москве. "В городе 16 октября практически прекратилась жизнь учреждений. В сберкассах во мраке готовились к сожжению документов, в некоторых наркоматах... никого не было. В полутемном ГУМе «купил три кило свеклы. О радость!» На родной Преображенке у мясомагазина увидел, как работники магазина тащили домой окорока. На фабрике им. Щербакова работники били директора, который пытался удрать с имуществом на автомобиле.

Даже неделю спустя, 23 октября, Вержбицкий в дневнике отмечал, что с неба «падает черный снег. Это остатки документов, сожженных в печах центрального отопления. Маленькие черные бабочки»".

У нас есть маршрут от Электрозаводской по всему Преображенскому валу, и если вам хочется поближе познакомиться с районом, предлагаем им воспользоваться. А сейчас отправляемся на другую сторону Яузы в район Матросской тишины.

Матросская тишина улица

Адрес: в районе домов 16, 19, 23,

Ближайшее метро: Сокольники


Петр Первый основал в этом месте парусную фабрику, при которой была матросская слободка - жилье для фабричных рабочих. Через 70 лет фабрику перевели в Нижний, а на ее месте устроили богадельню для ветеранов флота. Первую в Москве богадельню. Рядом с ней запрещалось шуметь, беспокоить ее почтенных, пожилых обитателей, поэтому в народе место прозвали "матросская тишина".
Уже лет 150 топоним этот ассоциируется прежде всего со следственным изолятором. Одна из самых старых тюрем Москвы. Ее основали одновременно с матросской богадельней, в 1775 г. Помещали туда изначальной попрошаек, пьяниц и буянов. А ближе к 17-му году и в советское время - интеллигенцию и политических. 
Сейчас это странное место. Изолятор действует до сих пор, рядом в доме 20 находится старейшая психиатрическая больница Москвы. А между ними старые советские дома 20-х годов, частично расселенные.

Конструктивизм Матросской тишины – это не квартал или поселок, а отдельные дома, построенные немного в разное время и разными архитекторами, но в значительной  части – Михаилом Ивановичем Мотылевом. Центром притяжения, правда, являются не они, а завод СВАРЗ (Матросская тишина, 15/17), созданный до революции, в 1905 г., и все это время сохраняющий дореволюционный облик и ремонтирующий трамваи, троллейбусы и автобусы.

Рядом дом 19, расселенный и в каких-то странных островках ремонта. Вокруг жилые дома перемежаются с расселенными, крошечные "грузинские" балкончики, дыры вместо балконов, седые головы внезапно появляющиеся покурить в окнах домов, которые кажутся покинутыми, березы на крышах, старые таблички с указателями улиц и ностальгические занавески в окнах.

В Пушкинском идет сейчас немного скандальная выставка Цай Гоцяна. Все спорят, имеют ли право старые детские коляски и прочий "хлам" находится перед классическим зданием храма искусства и что вообще это такое – символ памяти или просто мусор. А я фантазирую, как круто было бы слегка законсервировать этот район. Не трогать расселенные дома – населить их пустыми банками из-под варенья, старыми грифельными досками, алюминиевыми тазами – всеми вещами, что жили тут когда-то и коротают свой век на свалках и блошках. Тут, мне кажется, очень подходящее для них место.

А мы двигаемся дальше, через Русаковку на Колодезную улицу.

Колодезная, 7

Ближайшее метро: Сокольники, Преображенская

Год постройки: 1927-1928

Архитектор: А. Жуков, М. Мотылев

 

Через Русаковскую улицу отправляемся в третий из наших кварталов – на Колодезную, 7. Проектировал квартал Михаил Мотылев – знаковая фигура для советского авангарда и Сокольников – им многое тут застроено. Еще и потому, что он руководил Строительной конторой Сокольнического райсовета.

Тут снова один номер дома – 7 и много корпусов. Десять на Колодезной улице и еще несколько в Колодезном переулке. Снова они объединены в один квартал-корабль с большими дворами и проходными арками. Хотя единообразие не так очевидно, во-первых, потому что в Колодезном переулке можно немного поплутать. Тут проходит метро-мост, и на  Колодезную улицу можно попасть дворами, взяв влево перед домом по адресу Колодезный пер., 14. Здание, кстати, замечательное. Похожее на замок, где сплелись готические, конструктивистские мотивы и извечная обветшалость. Раньше на первых двух этажах была огромная столовая.

Надеюсь, вы не заблудились и добрались до поселка на Колодезной улице. Тут в 90-х был капитальный ремонт – дома покрасили в цвета бананового, клубничного и фисташкового мороженого, переделали балконы в лоджии (только корпус 2 сохранил изначальный вид, по которому можно представить весь поселок) и придали кварталу странный вид – не очевидно конструктивистский, совершенно немосковский. Мне было похоже на старый советский курорт с Азовского моря. Место, которое ассоциируется не с рутиной, а с памятью о детских поездках на море. Тихо, приятно, странновато и очень хорошо.

Не знаю, что будет с районом дальше, затронет ли его реновация. Собирая информацию, наткнулась на большую статья-интервью с жителями, где мнения разделяются от слезных просьб пожилых людей как-то их расселить (тут кое-где сохранились коммуналки) и рассказах о трубах и кранах, которые остаются у вас в руках при неосторожном движении, до яростной защиты домов и атмосферы. Не знаю, как это  прокомментировать, но прогулка в этом месте умиротворяет.

Тут мы почти заканчиваем. Осталось пройти по улице Короленко до парка Сокольники, где можно отдохнуть.

Улица примечательная. Здание под номером 3 - красивое, кирпичное, с резными элементами. Здесь был приют для неизлечимо больных, построили который в конце 19 века (автор проекта – Александр Обер). При приюте чуть позже возвели церковь Смоленской Божией Матери (корпус 2), с которой в советское время снесли колокольню да так и не восстановили. Сейчас все здание занимает знаменитая среди завсегдатаем женских форумов о красоте Городская Кожная больница, а в бывшей церкви у нее приемное отделение.

Напротив чудесный розовый конструктивистский дом (у Сокольнической управы явно загадочные залежи розовой краски для единорогов). А чуть дальше, в доме 2/8 находился когда-то Ермаковский приют, давший название улице (до революции она звалась Ермаковской). Предполагалось, что тут дают посильную работу бедным и обездоленным, за которую те могли получить деньги и как-то перебиться, но по факту работа была такой тяжелой, а плата низкой, что людей приходилось загонять сюда силой.

Ну а мы дошли до парка Сокольники. Надеемся, вам было интересно. И у нас еще много маршрутов.

 

Напоминаем про нашу страницу на facebook, профиль в инстаграм и про то, что с нами можно пойти гулять.

Если вам понравилась статья и вы хотите нас поблагодарить, помочь проекту можно здесь, будем признательны и вдохновлены.


Яндекс.Метрика